sipkro
cde1
kdo
fsp
pfs
uchgodaariadna

ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ЗДОРОВЬЕ ЛИЧНОСТИ РЕБЕНКА КАК ЗАЛОГ АНТИЭКСТРЕМИСТСКОЙ АТМОСФЕРЫ В ШКОЛЬНОЙ СРЕДЕ

Айбулатова М.М., студентка II курса направления «Психолого-педагогическое образование» (профиль «Психология и социальная педагогика»);
Сулима К.И., студентка II курса направления «Психолого-педагогическое образование» (профиль «Психология и социальная педагогика»);
Агаджанова М.А., старший преподаватель кафедры психологии и социальной педагогики
Поволжская государственная социально-гуманитарная академия, Самара (Россия)

В последнее время значительно обострились проблемы, связанные с обеспечением социальной безопасности в школьной среде. По своей идеологической направленности различаются экстремистские объединения правого, левого и религиозного толка. В каждом из них существует определенная группа молодежи, всеми силами стремящаяся способствовать деятельности такого объединения. Крайней формой проявления экстремизма является терроризм. Актуальность проблемы терроризма обусловлена проявлением новых, гибких и мобильных форм террористических организаций, характеризующихся сетевой структурой и фанатичностью их членов и, что еще более опасно, вовлечение в террористическую деятельность молодежи. Молодежь в силу психологической неустойчивости и социальной незрелости более подвержена влиянию различных идеологий. Возрастное желание самореализоваться может стать хорошей почвой для экстремистского поведения. Именно поэтому на сегодняшний день является актуальным изучение психологического здоровья личности детей и молодежи как залог антиэкстремисткой атмосферы в школьной среде
Как утверждает исламское террористическое движение Хамас: «Успех борьбы зависит от того, насколько нам удастся запугать противника и сломить его сопротивление. Для этого необходимо совершать акции устрашения во имя Аллаха, причем каждая акция должна быть хорошо спланирована и иметь смысл. Планирование подразумевает полную дисциплину, подчинение плану и решениям руководителей. Акции должны идти одна за другой; противник ни на минуту не должен чувствовать себя спокойно. Воины Аллаха – борцы, в этом постоянный смысл всей их жизни».1
В связи с этим насилие смыслом, целью которого является не просто насилие как таковое, а его последствия в виде запугивания других людей, не являющихся непосредственными жертвами данного насилия – это насилие, имеющее сложную мотивацию, что обусловлено сложной структурой террористической деятельности. Анализ большинства высказываний самих террористов демонстрирует, что террор – это не просто «работа» или «профессия». Это определенный способ жизнедеятельности, который целиком захватывает человека и подчиняет его себе. Террор не может быть просто увлечением в свободное время. Террорист-любитель обречен на неудачу и скорый провал. Нельзя рассматривать террористическую деятельность и как вполне примитивный бандитизм. Все обстоит значительно сложнее, хотя насилие и составляет стержень деятельности, а элементы бандитизма в ней видны невооруженным глазом.
Как утверждает классик террора Б. Савинков: «Существование террористической организации невозможно без дисциплины, ибо отсутствие дисциплины неизбежно приводит к нарушению конспирации, а таковое нарушение в свою очередь неизбежно влечет за собой частичные, или общие всей организации аресты. Дисциплина же террористической организации достигается не тем, чем она достигается, например, в армии, – не формальным авторитетом старших; она достигается единственно признанием каждого члена организации необходимости этой дисциплины для успеха данного предприятия. Но если у организации нет практического дела, если она не ведет никаких предприятий, если она ожидает в бездействии приказаний центрального комитета, словом, если она «находится под ружьем», то есть люди хранят динамит и ездят извозчиками, не имея перед собой непосредственной цели и даже не видя ее в ближайшем будущем, то неизбежно слабеет дисциплина: отпадает единственный импульс для поддержания ее. А с ослаблением дисциплины организация становится легкой добычей полиции».2
Поэтому жизнь террористической организации в целом, как и каждого террориста в отдельности, протекает в непрерывном движении, в котором подготовка террористического акта сменяется его осуществлением для того, чтобы сразу же начался поиск объекта следующего теракта. То есть это постоянная форма жизни и регулярной деятельности. Террор можно представить как особый вид деятельности, основной, главной объективной целью которого является достигаемое каким-либо образом устрашение других людей. Наличие такой цели не отменяет множества различных субъективных целей, которыми руководствуются отдельные террористы. Однако именно чужой страх как цель движет действиями террориста и придает смысл всему его существованию. Для достижения такой цели, то есть для массового распространения страха, террорист совершает самые различные действия: готовит оружие, выслеживает жертвы, выбирает место совершения будущего террористического акта, решает транспортные вопросы и т. д. Каждое действие распадается на отдельные операции: например, подготовка оружия складывается из его выбора, приобретения, приведения в боевое состояние, проверки, оснащения боеприпасами, маскировки и т. д.
Таким образом, наиболее важным вопросом для объективного понимания личности террориста является вопрос, ради чего и почему террорист занимается террором – вопрос о его внутренней мотивации.
По мнению ряда исследователей, в какие бы одежды ни рядились террористы, какие бы ни преследовали цели (политические – захват власти, смена общественного строя; нравственные – достижение ложно понимаемой ими «справедливости»; экономические – устранение ненавистных конкурентов; религиозные – отстаивание чистоты веры; психологические – получить известность, прославиться, оставить след в истории и т. п.), за всем этим стоит стремление испытать власть над людьми. Не случайно говорят: власть – всегда всласть. Власть над людьми – это своеобразный наркотик, и кто хотя бы раз его «отведал», тот вновь и вновь стремится к нему. Это показывает и изучение психологии наемничества лиц, кочующих из одного конфликтного региона в другой. На определенном этапе их перестают интересовать деньги, неотвратимой тягой обладает сама возможность убивать. Поэтому в процессе занятия терроризмом цель теряется (какой бы справедливой она ни выглядела), а возникает неукротимая жажда испытать власть над людьми. В самом общем виде мотивы участия в терроре можно разделить на корыстные и бескорыстные. Корыстная мотивация превращает террор в обычную работу. Как и всякая работа, она стоит денег и может являться способом добычи средств для существования или для продолжения террористической деятельности. Человека обучают навыкам, дают аванс и обещают заплатить определенную сумму после того, как он выполнит полученное задание. Желая заработать деньги, он идет и выполняет это задание: взрывает здание, угоняет самолет, убивает политического лидера или производит взрыв в местах массового скопления населения. При такой мотивации террористы, в сущности, мало чем отличаются от обыкновенных наемных убийц. Для всех террористов, причем особенно для тех, кто занимается этой «работой» из корыстных мотивов, важным является вопрос о том, как он сам объясняет свои действия не кому-то, а, прежде всего самому себе. Убийство человека для подавляющего большинства людей всегда остается нравственным преступлением, которое требуется хотя бы объяснить другим людям. Как известно, потребность в понимании – одна из глубинных потребностей человека, делающая его социальным существом. Однако мотивировки, даже искренние, носят во многом привносимый, внешний характер по отношению к террористу.
На основе анализа деятельности наводившей страх на Европу в 1970-х годах террористической группы Баадера-Майнгоф (которая в 1976 году покончила жизнь самоубийством), Г. Ньюман выделил три основных мотива террористической деятельности. Во-первых, мотив культурологический – по логике террористов, общество надо время от времени «будоражить», лучше всего «с помощью крови». Во-вторых, мотив рациональный – террор трактуется ими как эффективный инструмент политической деятельности. В-третьих, мотив идеологический – террор выступает как прямо навязываемое орудие регуляции социальных процессов. Однако Ньюман подчеркивал, что теория и практика терроризма резко расходятся между собой. Теоретически терроризм «равняет», а в социальной практике противопоставляет людей и группы друг другу, ставя между ними стену страха. На уровне личности терроризм как орудие поиска идентичности превращается в орудие ее ломки. Верно писал И. Задорожнюк: «Терроризм это почти всегда путь к саморазрушению носителей протеррористического поведения, которое не может не наступить, если сохраняется общество. Террорист или некая группа всегда слепа в постановке и осуществлении своих целей, даже несмотря на тщательную проработку акта террора. Один из важных параметров указанной слепоты – расхождение мотивов, когда малая гомогенная (этническая, социально, религиозно и т. п.) группа как бы навязывает свою волю сообществу, которое гетерогенно, то есть отличается плюрализмом в постановке и осуществлении своих целей».3
Анализ реальных субъективных мотивов, которыми, по их собственным словам, руководствовались люди, хотя бы однажды участвовавшие в террористическом акте, позволяет выделить следующие основные группы таких мотивов:4
1. Меркантильные мотивы. Террор, как любая сфера человеческой деятельности, представляет собой оплачиваемый труд. Соответственно, для определенного числа людей это занятие – способ заработать.
2. Идеологические мотивы. Это более устойчивые мотивы, основанные на совпадении собственных ценностей человека, его идейных позиций с идеологическими ценностями группы, организации, политической партии.
3. Мотивы преобразования, активного изменения мира. Связаны с пониманием несовершенства и несправедливости существующего мира и настойчивым стремлением улучшить, преобразовать его.
4. Мотив своей власти над людьми, глубинный мотив. Насилие применяется для утверждения личной власти. Через насилие террорист утверждает себя и свою личность, обретая власть над людьми.
5. Мотив интереса и привлекательности террора как сферы деятельности. Для определенного круга, особенно из числа лиц обеспеченных и достаточно образованных, террор интересен просто как новая, необычная сфера занятий. Их занимают связанный с террором риск, разработка планов, всевозможные детали подготовки, нюансы его осуществления.
6. «Товарищеские» мотивы эмоциональной привязанности в разнообразных вариантах – от мотива мести за вред, нанесенный товарищам по борьбе, единоверцам, соплеменникам, родственникам, соратникам по политической деятельности и т. д., до мотивов традиционного участия в терроре потому, что им занимался кто-то из друзей, родственников, соплеменников или единоверцев.
7. Мотив самореализации – парадоксальный мотив. Самореализация с одной стороны – удел сильных духом людей, наиболее полное осуществление личности, ее полная самоотдача, растворение человека в террористическом акте, вплоть до самопожертвования. Однако с другой стороны такая самореализация – признание ограниченности возможностей и констатация несостоятельности человека, не находящего иных способов воздействия на мир, кроме насилия и деструкции. Такая самореализация, оборачивающаяся самоуничтожением, означает, прежде всего, признание факта психологической деструкции личности. Личность террориста всегда привлекала к себе внимание исследователей. Считалось, что стоит изучить ее особенности, как все станет понятным в психологии террориста, и проблема борьбы с ними получит надежную научную базу. Однако именно это оказалось самой сложной, до сих пор не разрешимой задачей.
Итак, условно можно выделить следующие психологические модели личности террориста:5
1. Психопат-фанатик. Руководствуется своими убеждениями (религиозными, идеологическими, политическими) и искренне считает, что его действия, независимо от их конкретных результатов, полезны для общества. Это человек, у которого сфера сознания крайне сужена, способен совершить все, что угодно.
2. Фрустрированный человек. Базируется на бихевиористской теории фрустрации-агрессивности. Чувство фрустрации, порожденное невозможностью для человека по каким-то причинам достичь жизненно важных для него целей, неизбежно порождает у него тенденцию к агрессивным действиям. Сознание в этом случае может сыграть роль инструмента в рационализации этих действий, то есть в подборе тех или иных поводов для их оправдания.
3. Человек из ущербной семьи. Жестокое обращение родителей с ребенком, его социальная изоляция, дефицит добрых отношений могут привести к формированию озлобленной личности с антисоциальными наклонностями. При определенных условиях люди такого психологического склада легко могут стать инструментами террористической организации. В общем виде основные качества личности террориста известны достаточно хорошо. Обычно они выступают как требования к членам террористических организаций. Такие требования носят вполне формализованный (зафиксированный в каких-либо документах), значительно реже – неформализованный характер (при понятной абсолютной конспиративности террористической группы или организации, когда принципиально ничего в ее деятельности не формализуется).
В связи с этим, если укрупнить эти качества, то возникнет одно основное и два «технических». Основным качеством выступает преданность. Это преданность своему делу, своей организации и своим товарищам, включающая готовность к самопожертвованию. С данным основным качеством связаны качества «технические», производные – прежде всего, дисциплинированность и «конспиративность». Самым опасным возрастом, привлекаемым в террористическую деятельность, является подростковый возраст. Интерес преступников к возрастной группе от 13 до 19 связан с ее психологическими особенностями, которые делают молодёжь крайне уязвимой перед внешним манипулятивным воздействием. Подростки и юноши остро чувствуют свою индивидуальность, активно отстаивают свое право на автономию в сфере моральных установок и ценностей. Чтобы отстоять свою оригинальность и независимость, они порой нарочито демонстрируют крайние взгляды, необычные прически, одежду. Имея сознательные и устойчивые представления о своих правах и обязанностях, молодые люди остро реагируют на замечания, критику в свой адрес. Им кажется, что взрослые недооценивают произошедшие в них перемены, не принимают всерьез их переживаний. Изменения в поведении подростка нередко становятся причинами конфликтов с родителями и учителями, временного нарушения взаимопонимания между ними, стремления к независимости от взрослых, принятия самостоятельных решений. Подросток ищет новые жизненные смыслы, новых кумиров, стремится получить признание в группах сверстников и более старших людей.
За счет таких вышеперечисленных симптомов в подростковом возрасте проявляются те самые условия, которые считаются критическими для вовлечения в секты, террористические организации и другие виды противоправной деятельности: острое переживание справедливости, нарушение социальной идентичности, стремление завоевать признание окружающих в качестве взрослого человека, стать членом группы, которая ассоциируется с силой и независимостью. Вербовщики в террористы используют важную особенность подростков и юношей – тягу к героизму, к приключениям, к преодолению различных преград, интерес к оружию. Они всячески романтизируют и героизируют террористов, облекая их в одежду «борцов за свободу и независимость», «революционеров», «освободителей», «бойцов сопротивления», «воинов Аллаха», «народных мстителей» и т. п.
Кроме того, в последнее время террористические организации постоянно привлекают детей и подростков к совершению терактов (в том числе и терактов-самоубийств) против граждан и военных объектов Израиля. Эта тенденция неуклонно растет. Террористические организации пользуются тем, что дети не вызывают подозрений, тем, что им легче остаться незамеченными в многолюдных местах. Кроме того, дети легко поддаются влиянию и психологической обработке, а потому их проще завербовать. Детям внушают, что в загробном мире их ожидают счастье и радость. Ради этого их уводят из семей и помещают в специальные учреждения, где подвергают соответствующей обработке.6 В учебных заведениях и в летних лагерях детям внушаются исламистские и националистические идеи, их призывают поддерживать джихад против Израиля и принимать в нем непосредственное участие. Исламистское объединение Газы организует летние лагеря под названием «Летний лагерь шахидов интифады Аль-Акса». Подобные лагеря организует и ХАМАС, и они пользуются большой популярностью, поскольку дети там получают не только одежду, обувь и письменные принадлежности, но и тепло и ласку. В этих лагерях детям рассказывают об истории ислама и обучают обращению с оружием. Повсюду развешаны фотографии шахидов. Еще одно явление, на которое следует обратить внимание, – это позиция многих родителей, позволяющих своим детям становиться шахидами и даже подталкивающих их к этому. Часто во время демонстраций дети надевают на себя вещи, имитирующие пояса с взрывчаткой, и другие атрибуты террористов.
Наконец, перейдем к понятию психологическое здоровье. Самое простое определение психологического здоровья состоит в отсутствии психических расстройств. Это здоровое развитие личности, это адекватная реакция человека на те или иные события, это здоровое мироощущение и мировосприятие. Так или иначе, определение психологического здоровья связанно с понятием счастья. Человеку не обойтись без стремления к нему. Когда человек начинает чувствовать одиночество, уверяя себя и окружающих, что его никто не любит и он никому не нужен, когда человек замыкается, уходит в себя, всячески избегает контактов с людьми.
Приведем 10 практических советов для поддержания психологического здоровья.
1. Принимай себя таким, как есть. Отсутствие любви к себе выражается в виде повышенного чувства вины, стыда и депрессии. Слишком часто мы живем ненастоящей жизнью. Ее определяют другие люди, те, под которых мы подстраиваемся и от которых ждем признания. Именно самовосприятие человека остается определяющим компонентом его мотивации и позитивных эмоций. К тому же, принимая себя, человек учится принимать других.
2. Сражайтесь до победного конца; умейте проигрывать и прощать. Умение человека успешно справляться с трудностями служит залогом сохранения его психологического и физического здоровья. Универсальный совет по поводу того, как лучше всего преодолеть неприятности, состоит в том, чтобы действовать активно в пределах той ситуации, которую человек в состоянии изменить (активное совладание), и смириться с тем, на что он не в состоянии повлиять (пассивное совладание). Хороший пример пассивного совладания – умение прощать.
3. Учитесь строить и поддерживать отношения. Эмоциональная связь и поддержка не менее важны, чем родственные узы. Мы нуждаемся в таких взаимоотношениях, которые могли бы послужить нам поддержкой и опорой в трудные времена. Вот несколько советов по сохранению хороших отношений: учитесь прощать, будьте снисходительны и честны, будьте собой, в меру сочетайте зависимость и автономность, отвечайте за свои поступки, действуйте с учетом ценностей, чувств и пожелания других людей.
4. Помогайте другим. Все мы в своей жизни сталкиваемся с проблемами. Когда мы протягиваем руку помощи тем, кто попал в беду, нам кажется, что мы сильнее обстоятельств и что, помимо прочего, мы совершаем общественно полезное деяние.
5. Стремитесь к свободе и самоопределению. Для психологического здоровья крайне необходима определенная степень контроля над теми решениями, которые способны повлиять на нашу жизнь. Если окружение контролирует нас, наказывает и подавляет, то наше чувство собственной значимости и свободы утрачивается. Порой мы все же вынуждены считаться с желаниями и ценностями других людей. И если хотя бы незначительно мы согласны с тем, к чему адаптируемся, ощущение нашего самоопределения все еще сохраняется.
6. Определите цель и двигайтесь к ней. Ощущение того, что жизнь бессмысленна, – отличительный признак депрессии. Цель просто необходима. Психологические исследования показали, что процесс движения к цели так же важен, как и сама цель. Но порой поставленная нами планка слишком высока, и мы обрекаем себя на глубокое разочарование в случае, если так и не коснемся ее рукой. Так что цели должны быть реальными.
7. Верьте и надейтесь. В час испытаний, когда нам кажется, что поблекли все краски мира, на помощь приходит надежда и оптимизм, и вера в то, что рано или поздно мы достигнем цели, к которой идем. Позитивный взгляд на мир помогает преодолеть страх и сохранить мотивацию. Пессимисты зачастую твердят, что они лучше оптимистов знакомы с рифами реальности. И все же позитивные иллюзии еще никому не причинили вреда, а, наоборот, помогли не упасть духом в сложных ситуациях.
8. Сохраняйте сопричастность. Старайтесь чувствовать свою полную сопричастность происходящему, погруженность в текущий процесс или переживание, сосредоточенность исключительно на них. Существует одно буддийское изречение по этому поводу: «Если, подметая пол, вы думаете об отдыхе, вы не воспринимаете жизнь такой, какой она является на самом деле. Подметая пол, подметайте. Отдыхая, отдыхайте».
9. Наслаждайтесь прекрасным. Способность ценить прекрасное называют эстетическими чувствами. В мире всё еще много злого и безобразного – войны, болезни, преступления, упадок. Умение замечать и понимать красоту помогает нам сохранить все то удивительное, что есть в нашем мире. Понимание красоты у каждого человека свое. И никто еще не придумал какое-то универсальное определение красоты.
10. Не бойтесь изменений, будьте гибким. Японец Сан Цзу – известный мастер дзюдо, написал книгу The Art of Peace («Искусство мира»). Предлагаемый им рецепт мирной жизни совпадает с основным принципом дзюдо: следуй за течением! Упрямые и непоколебимые, как правило, получают достойный отпор. А те, кто пытаются удержать свои позиции, зачастую растрачивают все свои силы. Но если обладать психологической гибкостью и готовностью изменить неэффективную манеру поведения, то легче подстраиваться под ту или иную ситуацию и успешнее с ней справляться. Разумеется, изменение прежнего, проторенного курса потребует смелости. И все-таки перемены нужны и важны для нашего здоровья и благополучия.7 «Реализация заложенной в нас энергии по максимуму – вот самый верный способ сохранить своё психологическое здоровье».8
Таким образом, правильное формирование психологического здоровья детей является залогом правильного понимания ими сущности терроризма, что впоследствии приведет к стабильной антиэкстремистской атмосфере в школьной среде.


1 Цит. по: Ольшанский Д.В. Психология терроризма. СПб.: Питер, 2002. С. 30.
2 Там же. С. 56.

3 Цит. по: Ольшанский Д.В. Указ. соч. С. 31.

4 Борьба с терроризмом / науч. ред. В.Н. Кудрявцев; сост. Л.В. Брятова; Общественно-консультативный совет по проблемам борьбы с международным терроризмом. М.: Наука, 2005. С. 86.
5 Ольшанский Д.В. Указ. соч. С. 44.

6 Антонян Ю.М. Терроризм: криминальнологическое и уголовно-правовое исследование. М.: Шит-М, 1998. 306 с.

7 Современное общество и личность в социологии жизненных сил человека. Проблема социального и психологического здоровья: развитие и реабилитация жизненных сил человека // под ред. С.И. Григорьева, Л.Д. Деминой. Барнаул.: АРНЦ СОР РАН, 1999. 335 с.
8 Там же. С. 35.

[1] Цит. по: Ольшанский Д.В. Психология терроризма. СПб.: Питер, 2002. С. 30.

[1] Там же. С. 56.